Грег Краснов: Передайте братам Клюєвим від мене великий привіт

Грег Краснов: Передайте братам Клюєвим від мене великий привіт

Вівторок, 14 лютого 2012, 13:13 -
"Звичайно, іноді з'являються спроби якось від нас чогось хотіти корумпованими чиновникам. Пробуємо сідати пояснювати". "Коли таке було в останній раз?". "На високому рівні нас досить добре знають, щоб нічого від нас не хотіти. Але на побутовому рівні в регіонах це відбувається майже щодня". (рос.)

Невеликий за розмірами Platinum Bank в минулому році демонстрував справжні дива зростання. Об’єм депозитів збільшився майже на 500%, а кредитний портфель виріс більш ніж на 200%. І це при тому, що відсотки за позиками в цьому банку одні з найвищих на ринку, а сам банк спеціалізуються виключно на споживчому кредитуванні.

В самій фінустанові не хочуть говорити про реальні (ефективні) ставки, але за деякими підрахунками вони подекуди сягають 100% річних. Навіть при вартості депозитів у 25% це дає величезні надприбутки.

Крім того, банк несе мінімальні видатки на утримання своєї роздрібної сітки – це здебільшого стіл, стілець, комп’ютер і 1-2 людини десь в магазині. Але таких точок під дві тисячі, тоді як повноцінних відділень у банку всього 70 одиниць. Багато в чому ця схема продажу споживчих кредитів є схожою на ту, що використовував "Дельта Банк", який з’явився на ринку трохи раніше.

Але найбільше, що зацікавило нас в "Платинумі" – це його власники. Якщо вірити офіційному сайту НБУ, 100% акцій банку належать офшорній компанії PT PLATINUM PUBLIC LIMITED, що зареєстрована на Кіпрі. Більшість акцій цього холдингу контролює компанія Horizon Capital, а вкладниками цього фонду у свою чергу є інші інвестиційні фонди. Таким чином, встановити, хто є кінцевим власником фінустанови практично неможливо.

Подейкують, що через п’яте чи то шосте коліно акціями банка володіють якісь непублічні бізнесмени із донецького регіону. Однак в самому "Платинумі" це заперечують і доводять, що банк є міжнародним. Але щонайменше викликає подив, що цей "міжнародний" банк має свої підрозділи виключно на території України. В жодній країні світу, крім України, він не провадить банківську діяльність. Проте має логотип англійською мовою.

Грег Краснов – американець походженням з СРСР. Ми мали врахувати це, коли йшли до нього на інтерв’ю, тому що зіткнулися з іншим типом управління. Зазвичай, в українських банках завжди є так звана "владна складова". Тобто, хтось "наверху" забезпечує банку добрі умови роботи та найбільші контракти, і ця ж особа є співвласником установи. Розмовляючи з будь-яким банкіром, найцікавіше - саме побачити таку "кришу", яка є сильним і одночасно найслабшим боком такого банку. Найслабшим тому, що в разі зникнення "криші", або якщо "криша" втратить впливовість, банку загрожують проблеми. Так було, зокрема, з Укргазбанком.

Проте складається враження, що у "Платинумі" бізнес робиться інакше - математично. Він базується на моделі, яка чітко передбачає, що і коли має робитися. Тому вразлиів місця цього банку треба шукати інакше. Вони у самій моделі, яка передбачає певні ризики. Безумовно, хтось "вирішує питання" – зокрема, з НБУ домовляється голова наглядової ради банку Юрій Блащук. Ми не змогли з ходу побачити вади моделі "Платинуму", але сподіваємось, що згодом зробимо це. Звичайно, ми не закликаємо ні до чого поганого, і бажаємо банку успіхів.

У НАС ЛЮБЯТ БРАТЬ КРЕДИТЫ

- В прошлом году активы вашего банка выросли ровно в два раза. Где вы брали деньги для такого роста?

- Мы росли за счет привлечения депозитного ресурса. У нас прирост депозитного портфеля по "физикам" (населенню – ЕП) по году составил более 450%, а по кредитному портфелю физлиц – 210%. Мы очень активно развивались, к нашей сети присоединились отделения "Хоум Кредит Банка", приобретенного нами в начале прошлого года.

- Вам не кажется, что это слишком стремительный рост? Еще до кризиса, риск-менеджеры предупреждали о больших угрозах скрытых в революционном росте. Вы не видите опасности такого бурного развития тем более в нынешних условиях?

- Конечно же, мы видим очень большие риски в том, когда неподготовленные банки растут с такой скоростью. Наш банк поддерживает такую динамику на протяжении последних пяти лет своего существования. То есть, ежегодно мы практически удваиваемся в размере. В этом для нас нет ничего нового – это часть нашей жизни. Мы один из немногих банков, который не останавливался даже в кризис – мы продолжали кредитовать и привлекать вклады. За счет этого у нас сформирована огромная база клиентов – более 1,5 млн чел. На этой основе построены наши системы скоринга (комп'ютерна система, яка оцінює потенціального клієнта за переліком параметрів, на зразок стабільності доходу, і припускає, чи поверне він кредит - ЕП), система верификации клиентов. Мы с 2006 года отстраиваем эти системы, поэтому мы не боимся такого развития.

- Если посмотреть на крупные розничные банки с иностранным капиталом, то они, напротив, последние три года активно сворачивали свою розницу. То есть вы считаете, что в "Райффайзене" или в "Укрсибе" плохие скоринговые системы?

- Дело не в том, что они плохие. Дело в том, что большинство крупных банков зашли в кризис с кредитными портфелями, которые были выданы не по самым высоким стандартам риск-менеджмента. Это вызвало большую волну проблемных кредитов и, соответственно, на протяжении последних нескольких лет проводилось резервирование, которое вызывало уменьшение капитала таких банков. О том, чтобы выдавать новые кредиты, когда капитал уже находится под давлением, речи быть не может.

- Но и вы кредитовали до кризиса.

- Мы вошли в кризис с адекватностью капитала 50% (співвідношення капіталу до усіх активів банку, зокрема до виданих ним кредитів – ЕП) при норме в 10%. Кроме того, у нас и тогда был очень высокий уровень ликвидности. Кредитный портфель на тот момент составлял меньше половины баланса, все остальное – кэш (готівка та вільні  гроші на коррахунках – ЕП).

И сейчас эта ситуация продолжается. На конец 2011 года наша консолидированная адекватность находилась на уровне 18%.

- Может, все-таки основное отличие между вами и крупными иностранными банками - в размере ставок? Вы всегда держали самые высокие ставки по депозитам и по кредитам.

- Для нас депозитные ставки являются инструментом, а не самоцелью. Наш бизнес доходен, клиенты любят брать у нас кредиты, и делают это. Поэтому для нас уровень привлечения депозитного ресурса является вторичной задачей. Первичная задача – это активы, их наращивание и управление их качеством. Уровень нашей доходности позволяет нам быть менее чувствительными к депозитным ставкам.

- Какая у вас средняя эффективная (реальная) ставка по кредитам?

- Вы можете посмотреть это на сайтах. Есть масса методологий расчета ставок.

- Все-таки хотелось услышать это от вас…

- Я не буду комментировать этот вопрос. Спасибо. Вы можете сами рассчитать. Просто есть много методологий… (за однією з методик, реальна відсоткова ставка за кредитами банку іноді перевищує 100% річних – ЕП).

- А по вашей версии?

- Объективно, наши кредитные продукты являются одними из самых привлекательных на рынке и по цене, и по качеству обслуживания, и по уровню доступности. Мы сегодня обладаем сетью дистрибуции, насчитывающей почти 2 тыс. точек присутствия. Наши продукты доступны практически везде в стране. Человеку, находящемуся, например, в селе, не нужно ехать в город или выискивать банковское отделение, где он может взять наш кредит.

- Это позволяет вам максимально завышать ставки по кредитам?

- Есть такое маркетинговое понятие – "маркетинговый микс". Он определяет, что при продвижении продукта нужно учитывать так называемые 5 p – price, promotion, place, process и people. Этот микс определяет, насколько привлекательным для клиента является продукт. Цена выступает только одной из составляющих. Для наших клиентов мы нашли правильный баланс этих факторов, и за счет этого наш портфель растет.

- Какой у вас при этом средний уровень маржи?

- Маржа на чем?

- В среднем по банку. Разница между ценой привлечения и размещения денег?

- Можете проанализировать наш финансовый отчет. Эта информация является публично доступной.

- А вы наследовали каким-то образом модель, которую применил Николай Лагун в "Дельта Банке"?

- Мы не наследовали. Есть модель, связанная с потребительским беззалоговым кредитованием. Это так называемая модель монолайнера, которая используется не только в Украине. Она была изобретена в других странах очень давно.

Да, у нас в определенной мере похожие модели, потому что и мы, и "Дельта" являемся сфокусированными розничными банками. "Дельта" сегодня все больше уходит от этой бизнес модели, они увеличивают долю корпоративного портфеля в своих активах. В нашей стратегии такое не предусматривается.

- Тем не менее, в прошлом году вы прокредитовали юрлиц почти на 60 млн грн. Что это за компании?

- В этом портфеле есть две составляющие. Одна часть - это пилотная программа по кредитованию малого бизнеса, а вторая часть – наши партнеры по бизнесу потребительского кредитования. Это те магазины, с которыми мы давно работаем, много лет их знаем. Кроме того, прирост произошел за счет унаследованного нами портфеля кредитов юрлиц, выданных "Хоум Кредит Банком". Эти кредиты были выданы еще до кризиса. Нашей задачей является работа с этими клиентами.

ВТОРАЯ ЛИЦЕНЗИЯ НАМ НЕ НУЖНА

- Как известно после покупки этого банка вы все его активы и пассивы перевели на баланс "Платинум Банка". Что там осталось - голая лицензия?

- Да, мы все перевели на баланс "Платинум банка", и в декабре состоялась продажа банка "Восток" (новое название "Хоум Кредит Банка").

- Покупатели изначально договаривались с вами о покупке "чистой" лицензии?

- Процесс интеграции предусматривал перевод активов и сети "Хоум Кредит Банка" на наш баланс, после чего он представлял собой чистую лицензию. В октябре прошлого года нами был запущен тендерный процесс по продаже этого банка. В результате, нами были получены пять предложений от людей, которых интересовал такой продукт – банковская лицензия с полностью функционирующими системами и персоналом. Победителю этого тендера мы в декабре и продали банк.

- Вы покупали его с целью перепродажи?

- Мы начали переговоры с "Хоум Кредит Банком" о покупке еще во втором квартале 2010 года. На тот момент наша собственная сеть насчитывала 15 отделений, и у нас еще не было уверенности в том, что мы можем собственными усилиями наработать депозитную базу для обеспечения развития своего кредитного портфеля. Поэтому этот банк представлял для нас очень интересный объект. У них была практически идеальная комплиментарная (що співпадає – ЕП) структура баланса – пассивы в розничных депозитах. А поскольку они не кредитовали в кризис, в активах был кэш. Этот кэш мы могли быстро вложить в наш кредитный портфель.

- То есть все-таки вы не планировали его продавать?

- Мы понимали, что вторая лицензия нам не нужна. Интегрировать два банка путем слияния двух лицензий – это очень трудоемкий и сложный процесс. На это ушло бы года два. Поэтому мы провели интеграцию путем перевода активов и пассивов на наш баланс.

- И сколько вы заработали на продаже банковской лицензии?

- Данная информация не является публичной. Я ограничен условиями договора о неразглашении, который был подписан.

- Вы остались в плюсе?

- Да.

- Почему "Хоум Кредит Банк" был переименован в банк "Восток"? Это делалось под покупателя?

- Таким было условие "Хоум Кредита". Они хотели, чтобы этот бренд как можно быстрее перестал существовать в Украине. Чтобы у них не было репутационных рисков.

- Почему "Восток", а не "Запад". Может покупатели откуда-то с Востока страны?

- Покупатели на самом деле не с Востока. Это бизнес-группа, обладающая интересами на всей территории Украины. Все они представители украинского бизнеса. Люди, имеющие интересы в очень разных сегментах.

А переименовали мы его совершенно ненаучным путем, придумывание нового названия заняло ровно 15 минут.

- Можете назвать покупателя банка?

- К сожалению, не могу.

- Судя по отчетности, в прошлом году ваш банк совершил инвестиции в свои дочерние компании на 70 млн грн. Что это за инвестиции?

- В этой категории отражена единственная сделка, которая у нас была – покупка "Хоум Кредит Банка". При этом покупателем на 80% выступила наша холдинговая компания, а на 20% - "Платинум Банк".

- То есть по этой цифре можно судить о сумме сделки?

- Да (можна припустити, що "гола" ліцензія банку "Восток" була продана приблизно за $44 млн – ЕП).

- Еще 70 млн грн в прошлом году вы вложили в инвестиционную недвижимость. Что это?

- В этой категории на протяжении года у нас возникали объекты, связанные с кредитным портфелем "Хоум Кредит Банка". То есть, как я уже говорил, на наш баланс был переведен кредитный портфель этого банка. Часть этого портфеля являлась неработающей. Частично мы пытались реализовать залоговую недвижимость, а частично по договоренности с клиентами переводили ее на свой баланс, и таким образом решали вопрос проблемной задолженности. В прошлом году у нас очень сильно вырос объем таких объектов. Мы стали "счастливыми" обладателями машин, пароходов и т д.

ИНФОРМАЦИЯ О "ПРОБЛЕМКЕ" ПРОСТО БЕССМЫСЛЕННА

- Очень часто банкиры признают, что скоринг показал свою полную неэффективность на просторах СНГ. Вы с этим согласны?

- Есть замечательная фраза: "Если вы не любите кошек, значит, просто вы не умеете их готовить". Вот то же самое со скорингом. Если банк где-то услышал слово "скоринг2, он говорит – и мне надо, давайте позвоним американским консультантам. Консультанты приехали и продали свою систему.

Конечно, это не правильно. Скоринг – это статистическая система, которая позволяет на какой-то статистической основе принимать решения, которые имеют статистическую предсказуемость. Мы, например, взяли команду из Восточной Европы, обладающую опытом, который был использован на наших базах данных. Наши данные были проанализированы этими ребятами, мы вывели порядка 15 демографических показателей, которые позволяют оценить нам вероятность возврата кредита.

- И что получилось в итоге?

- Мой любимый пример. Женщина, мать-одиночка, около 35 лет, приобретающая в кредит домашнюю технику или мебель, почему-то является в этой стране очень хорошим кредитным риском. Скорее всего, она вернет кредит. А молодой человек 19-ти лет, покупающий мобильный телефон, независимо от предоставленной справки о доходах, как правило, является очень плохим кредитным риском.

- Что будет происходить с возвратом ваших кредитов в случае очередного витка кризиса или, например, после резкой девальвации гривны?

- Когда только начался кризис, городское население реагировало гораздо хуже, чем сельские жители. Потому что в городах люди более привязаны к тем отраслям, которые "легли" в первую очередь – это экспортно-ориентированные отрасли, строительный сектор. Сельское население отреагировало менее бурно. Большинство нашего бизнеса на сегодняшний день – это сельское население – поселки, ПГТ, райцентры.

- Какой у вас процент проблемных кредитов?

- Уровень проблемности и уровень резервирования является публичной информацией.

- Можете назвать в процентах?

- В процентах как раз и не могу. Могу сказать, что мы очень довольны уровнем невозвратов в нашем кредитном портфеле. Он даже ниже, чем до кризиса. Как ни парадоксально, в кризис наш уровень невозвратов очень сильно упал.

- Каким вы считаете допустимым уровень невозвратов при кэш-кредитовании?

- Все зависит от типа кэш-кредитования, профиля и сегмента населения.

- Давайте возьмем стандартный кредит в размере 10 тыс. грн на 1 год.

- Опять-таки это может быть клиент с более высоким или низким уровнем доходов… Берет он кредит на ремонт квартиры или на покупку ноутбука.

- Если говорить о нецелевом кредите?

- Такого показателя просто не существует. Для каждой группы клиентов есть свой уровень, который каждый банк определяет по-своему.

- Например, крупные банки, определенный процент невозвратов сразу относят на себестоимость кредита…

- (ми почули довгу відповідь, яка нічого не роз’яснила. До речі, жодний з банків, включаючи Миколу Лагуна, не розповідав, що цей показник неможливо порахувати цілком по банку  – ЕП).

- Хорошо, можете назвать минимум и максимум?

- К сожалению не могу. Потому что опять таки это очень широкая категория – самый низкий (показник – ЕП) от самого высокого отличается раз в пять.

- Назовите хотя бы максимальный уровень невозвратов, который закладывается в себестоимость самых рискованных кредитов?

- Я думаю, что эта информация просто бессмысленна.

- Вы говорили, что у вас около 2 тыс. точек продаж. А сколько у вас полноценных отделений, в которых, например, можно оформить депозит?

- 1,6 тыс. точек – это присутствие в магазинах. Депозиты у нас в основном оформляются в полнофункциональных отделениях с кассой. Таких у нас сегодня 70. Это в основном города-миллионники, потому что именно там сконцентрирован депозитный ресурс. Кроме того, мы сейчас работаем по агентской схеме с двумя организациями, которые продают наши кэш-кредиты по так называемой системе white label - то есть, под своим брендом, но на наших условиях.

- Что это за компании?

- Пока это происходит в пилотном режиме. Думаю, в течение месяца мы об этом объявим.

НАШИМИ ВЛАДЕЛЬЦАМИ ЯВЛЯЮТСЯ МЕЖДУНАРОДНЫЕ ИНВЕСТОРЫ

- Почему на сайте вашего банка основным акционером значится компания Horizon Capital (45% акций), а на официальном сайте НБУ указано, что 100% акций банка принадлежит никому не известной компании PT PLATINUM PUBLIC LIMITED (Кипр)?

- У нас есть компания на Кипре, которая является холдингом для всех наших юрлиц. Кроме банка, в Украине есть еще и финансовая компания и несколько других юрлиц. Именно в структуре этой холдинговой компании находится Horizon Capital, который выступает контролирующим акционером. Холдинговая компания является владельцем бренда "Платинум Банк", а я являюсь гендиректором холдинговой компании. То есть я гендиректор больше бренда, чем нашего украинского банка.

- С какой целью этот холдинг был введен как буфер между банком и акционерами?

- Это довольно стандартное решение. Наши акционеры - это международные инвестиционные фонды, которые обладают очень высокой репутацией, очень высокими ожиданиями по уровню гарантий прав акционеров. И, к сожалению, решение подавляющего большинства такого рода игроков практически по любой инвестиции в Украине – это вывести юридическое поле, в котором будут решаться вопросы по правам акционеров, в страну, не побоюсь этого слова, с более цивилизованным режимом защиты прав собственников. Это может быть Кипр, остров Джерси, Нидерланды или Люксембург.

- Кипрская компания позволяет акционерам минимизировать налог на прибыль или дивиденды?

- Компания создавалась совершенно не для этих целей. На самом деле, мы работаем с самым высоким уровнем прозрачности.

- Кипр это классический офшор, который позволяет уходить от налогов на дивиденды и налогов на репатриацию доходов.

 - На сегодняшний день банк ни разу не выплачивал дивиденды. Все деньги, которые зарабатываются, вкладываются обратно в бизнес. То, что Кипр обладает удобным режимом избежания двойного налогообложения, для акционеров привлекательно, потому что, когда они захотят продать "Платинум Банк", то для них этот вопрос будет актуальным.

- Если они захотят продать свою долю, то им не нужно будет спрашивать разрешение в НБУ?

- Согласование продажи существенной доли участия в Нацбанке все равно необходимо проходить. Даже если она опосредована. Это не вопрос Нацбанка. Это вопрос избежания двойного налогообложения.

- Тем не менее, все международные банковские группы, представленные в Украине, владеют своими дочерними банками напрямую, без офшорных прокладок.

- Нашими владельцами не являются западные банки. Это западные инвестиционные фонды. Это совершенно иной профиль игрока. Инвестиционные фонды – это финансовый инвестор, который занимается намного более глубоко структуризацией своих доходов и структуризацией своих вопросов, связанных с юридическим владением, чем банковские структуры – стратегические инвесторы.

- Вы позиционируете себя как международный банк. В общепринятом понимании такой банк представлен дочерними структурами в нескольких странах. В каких странах кроме Украины есть филиалы "Платинум Банка"?

- Международный банк для нас и для нашего клиента – это совершенно не вопрос того, в скольких странах он представлен. И для нас и для нашего клиента понятие международный банк – это вопрос, в первую очередь, качества обслуживания, во-вторых – надежности. Надежность даже на первом месте.

В-третьих – это качество менеджмента. В-четвертых – это ноу-хау, которые представляет этот банк. В-пятых – это уровень прозрачности, уровень стандартов корпоративной ответственности. По всем этим параметрам мы абсолютно комфортабельно причисляем себя к группе международных банков в этой стране. Нашими владельцами являются международные инвесторы.

- В других странах у вас есть филиалы?

- Банковской сетью мы представлены только в Украине.

- Ваши акционеры готовы в случае резкого падения депозитной базы выделять деньги для стабилизации работы банка?

- Этот вопрос я бы ставил немного по-другому. Это вопрос управления активами-пассивами и управления текущей ликвидностью банка.

В нашем банке вопрос управления текущей ликвидностью поставлен на очень консервативный уровень. На сегодняшний день уровень наличных средств на активной стороне баланса составляет более 40% от нашей депозитной базы.

Вопрос довкладывания денег акционерами в принципе не должен стоять. Конечно, наши акционеры обладают глубокими карманами. И в прошлом были готовы финансовую поддержку осуществлять. Это видно из наращивания нашей базы капитала. Мы в общей сложности с 2005 году привлекли от акционеров более $100 млн собственных средств, но это не было связано с тем, что у нас падала депозитная база. Эти вопросы мы обязаны решать сами, и мы их решаем.

- На межбанке вы заемщики или кредиторы?

- Мы абсолютно кредиторы. Мы никогда не были заемщиками на межбанковском рынке. Мы считаем, что кредитоваться на межбанковском рынке - это очень опасно. У нас нет операций на 2-3 недели. Межбанк поставляет деньги до месяца, а наш кредитный портфель – это деньги на 1-2 года. То есть, финансироваться с межбанка мы никогда не будем.

- Кто вкладчики в фонде Horizon Capital – это резиденты Украины или иностранцы?

- Horizon Capital – это самый крупный игрок среди прямых инвестиций в Украине, Молдове и Беларуси. Он работает на этом рынке около 20-ти лет. То есть, практически с момента обретения Украиной независимости.

Первые деньги, которыми управляла эта команда, – это были деньги правительства США, которые были выделены в то время на развитие частного предпринимательства Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ). То есть были выделены фонды для каждой из стран ЦВЕ. Они работали в Польше, Украине, России. С тех пор они привлекали средства от негосударственных секторов. Это все исключительно западные игроки, европейские и американские фонды. В том числе, пенсионные фонды, страховые компании и другие институциональные инвесторы.

- А есть среди инвесторов физлица?

- Там по определению нет физлиц. Минимальный тикет (вхідний внесок – ЕП) инвестирования в фонд Horizon был $10 млн. Поэтому я бы удивился, если бы в фонде были индивидуальные вкладчики.

- По слухам вашими акционерами являются братья Клюевы. Это правда?

- Чудесная информация. Пожалуйста, передайте братьям Клюевым от меня большой привет. И скажите, что если они когда-нибудь захотят стать акционерами, то они могут пообщаться с моими акционерами. На самом деле, это абсолютно бредовая информация, которая я понятия не имею, откуда берется.

- В числе ваших акционеров есть донецкие бизнесмены? В частности, из Макеевки?

- Совершенно бредовая информация. Нашими акционерами являются – на 45% - это Horizon Capital. На 25% - это East Capital Financial Fund. Это самый крупный шведский инвестиционный фонд, сфокусированный на инвестициях в Восточной Европе. На третьем месте по уровню владения у нас находится Международная Финансовая Компания (IFC), это часть Мирового Банка, которая по определению отрицает возможность присутствия в наших структурах каких бы то ни было локальных акционеров.

- Тем не менее, вы и Юрий Блащук являетесь непосредственными акционерами банка…

- Да, но мы являемся частью менеджерской команды. И думаю, что тот же Мировой Банк, когда проводил свои бэк-граунд-чеки (перевірку – ЕП) на нас, понял, что с нами можно иметь дело. МБ и ЕБРР очень редко работают с локальными олигархами в этой стране.

КТО УПРАВЛЯЕТ БАНКОМ?

- Фонд прямых инвестиций, как правило, предполагает продажу активов на определенном этапе. В каком году планируется продажа пакета акций "Платинум банка"?

- На сегодняшний день, у нас нет четкого плана выхода. Вопрос срочности продажи пока не стоит.

- Как должен выглядеть "Платинум Банк" на предпродажной стадии?

- Нашей миссией было построить в этой стране легенду розничного банковского бизнеса, и мы к этому стремимся. Думаю, что на сегодняшний день многие элементы из того, что мы считали легендарным, мы уже достигли. В прошлом году мы стали в этой стране лидером роста как по депозитному, так и по кредитному портфелю. Мы подходим к первой десятке по уровню кредитного портфеля в нацвалюте физлицам. Мы в тоже время являемся одним из самых доходных розничных банков в этой стране, не потеряв во время кризиса столько денег, сколько потеряли многие из наших конкурентов.

- Вы первое лицо в банке и вы принимаете решения?

- Нет, решения принимает правление.

- Если верить тому же сайту НБУ – предправления банка некто Елена Франковская, а на сайте Платинум Банка она представлена как директор по продажам. Так кто реально руководит банком? Кто подписывает финансовые документы и договоры?

- У нас есть структура принятия решений, структура управления банком и другими компаниями холдинга. Есть так называемая структура внутреннего управления. В соответствии с этой политикой, у нас существует правление холдинга, существует генеральный директор холдинга и члены правления холдинга по своим вертикалям, которые являются уполномоченными лицами, принимающими соответствующие решения. Когда мы приобрели "Хоум Кредит Банк", я зашел на позицию председателя правления. В рамках нашей структуры это весьма номинальная вещь. Елена Франковская является руководителем департамента продаж в нашем холдинге и собственно ее основной функцией является управление продажами.

- А какова ваша функция?

- Я являюсь гендиректором, председателем правления группы. Я занимаюсь вопросами стратегического развития, коммуникации с акционерами и текущего контроля над исполнением задач, которые ставятся по подразделениям.

- Но все равно отчетность и платежные документы подписывает Елена Франковская?

- Ну, еще раз. У нас есть структура управления холдингом. В рамках этой структуры существует система управления нашими юридическими лицами. В каждом юрлице есть система полномочий, которая распределена. Поэтому говорить, что что-то подписывает Елена, тоже не правильно. У нас есть структура доверенностей, в рамках которой полномочия внутри наших юрлиц также распределены между функциональными лидерами.

- То, что вы гражданин США, вам не мешает стать официальным председателем правления банка?

- Это мне на самом деле мешало. Насколько вы знаете, предыдущее руководство НБУ довольно негативно относилось к присутствию иностранцев на позициях первых лиц банков, поэтому у меня ушло довольно длительное время, чтобы убедить Национальный банк в том, что мой кембриджский диплом магистра является эквивалентом украинского магистра экономики. Но мы этот процесс прошли. Я получил все соответствующие подтверждения из украинских вузов, министерства образования. В результате чего, в банке "Восток" мне удалось стать председателем правления.

- На ваш взгляд, в Украине существуют другие виды розничного бизнеса, которые рентабельнее банковской розницы?

- Да. В Украине на самом деле в рознице очень высокие маржи. Я, например, удивлен разницей в цене между аналогичными товарами в Киеве, Варшаве или Лондоне. Я, давно перестал покупать одежду в Украине. Точно такие же вещи в Лондоне стоят в 2-2,5 раза дешевле. В банковской рознице маржа гораздо ниже. Если здесь правильно выстраивать бизнес, с правильным контролем, чтоб товар не тырили.

- Есть версия, что эта высокая маржа на самом деле почти целиком съедается коррумпированым бюрократическим аппаратом, начиная с таможни и заканчивая нологовиками.

- Я не могу комментировать. У меня нет розницы в Украине.

- У вас же есть розничный банк.

- Коррупционность, о которой вы говорите, в наших операциях полностью отсутствует. Мы единственный банк в Украине, которому Мировой банк доверил свои деньги. Там, где появляются попытки как-то от нас чего-то хотеть коррумпированными чиновникам… Конечно, иногда такое появляется, пробуем садиться объяснять.

- Когда такое было в последний раз?

- На высоком уровне нас достаточно хорошо знают, чтоб ничего от нас не хотеть. Но на бытовом уровне в регионах это происходит почти каждый день. У нас очень большая сеть продаж, нам приходится поддерживать отношения с массой регулятивных органов в регионах.

- А вы не думаете, что нашей стране иногда проще и выгоднее откупиться, чем тратиться на юристов и бесконечные суды?

- Это вопрос моральных стандартов. Это очень субъективный вопрос. Каждый должен отвечать на него сам.

- Когда-то вы собирались заниматься санированием банков. На каком этапе сейчас эта идея?

- Это было в кризис, когда еще были банки, которые надо было санировать. Как недавно г-н Колобов (перший заступник голови НБУ – ЕП) сказал на Европейской Бизнес Ассоциации, сегодня в стране отсутствуют новые банки, которые следует санировать. Так что вопрос сам по себе отпал.


powered by lun.ua
Підпишіться на наші повідомлення!