Українська політика: після секретної доповідної Пинзеника

Українська політика: після секретної доповідної Пинзеника

П'ятниця, 30 січня 2009, 12:06 -
Лінійна екстраполяція графиків Віктора Пинзеника передбачає повне зникнення до початку весни - середини літа вітчизняного машинобудування та металургії, а до кінця літа 2009 року - української економіки як такої. (рос)

Глобальный экономический кризис вынуждает многих вспомнить Великую Депрессию и великого Рузвельта. Уроки из поведения Франклина Д. Рузвельта пытаются извлечь не только пришедшая к власти команда Президента Барака Обамы, но и правительства других стран.

В массовом интеллектуальном восприятии Рузвельт как-то "рифмуется" с Кейнсом, а рузвельтовский "Новый курс" выглядит, как воплощение кейнсианского принципа "большого правительства", крупных государственных расходов на преодоление экономического спада и безработицы.

В действительности президент Ф. Д. Рузвельт не имел хорошей подготовки в экономике, быстро впадал в утомление и раздражение от большого количества экономических рассуждений и цифр.

В мемуарах его секретаря, Фрэнсис Перкинс, есть запись о встрече президента в Белом доме с Джоном Мейнардом Кейнсом в 1934 году. Британский экономист пытался убедить американского президента в необходимости большого дефицитного бюджетного финансирования экономики.

Однако Рузвельта это не впечатлило, или он ничего не понял. "Он наболтал кучу всякого вздора о цифрах, - пожаловался президент секретарю, - ему бы лучше быть математиком, а не политэкономом".

Разочарован беседой был и Кейнс. Британец, несколько более вежливый, чем Рузвельт, сказал мисс Перкинс, что он предполагал "президента более грамотным в экономике".

Эта поучительная притча о взаимодействии власти и интеллекта, экономики и политики, была рассказана Стивом Лором в Нью-Йорк Таймс за день до публикации "Экономической правдой" "самой большой тайны Правительства" - так называемой "секретной докладной" министра финансов на имя премьер-министра.

Если эта докладная - с двумя дюжинами графиков и таблиц! - действительно была представлена премьеру, то ее реакция, вероятно, была даже более жесткой, чем реакция Рузвельта.

Если американский Президент, мало что уразумев в речах Кейнса, решил, что имеет дело с нудным математиком, то премьер Украины, несомненно, превосходно осознала угрозу, которую несут графики Виктора Пинзеника для ее политического будущего.

Возможно, она могла бы воскликнуть своей секретарше: "ему бы скорей прокурором быть, чем экономистом!", или более в национальном духе: "Да он засланный казачок с Банковой!".

Впрочем, есть колоссальное отличие Рузвельта от наших украинских государственных дам и мужей.

Рузвельт не просто скрывал, отметал непонятную, ненужную информацию - он был занят иным: будучи сам в 30-е годы не слишком уверенным в избранной линии, он "продавал" уверенность нации в своих ежедневных "радиобеседах у камина", "покупая" тем самым у нации время для своих реформ, призывая объединиться, изгоняя страх.

Сами по себе реформы команды Рузвельта были не очень успешны: за предвоенные рузвельтовские годы средняя безработица составила 17%, не снижаясь радикально относительно двадцатипятипроцентного уровня катастрофического 1933 года.

Только большая война после Перл-Харбора сделала неизбежным применение кейнсовских "лекарств" в больших дозах. К 1944 году доля правительственных расходов в ВВП поднялась почти до 70%, а безработица упала до "фрикционного" уровня в 1%.

Франклин Рузвельт, не будучи блестящим экономистом, оказался, - как говорят сейчас, - "выдающимся кризисным менеджером".

Заметим мимоходом, что в современном российском дискурсе определение "кризисный менеджер" почти кощунственно применяется к российскому премьеру В. Путину, который - как и положено полковнику КГБ - полагает, что фондовый рынок ставит "уродливые и несправедливые оценки" российской экономике.

И даже Иосифа Сталина в российских школьных учебниках уже совсем святотатственно именуют "эффективным менеджером".

Еженедельно обращаясь к американцам в простой и убедительной манере, предпринимая быстрые и понятные меры, на которые немедленно реагировали ростом биржевые котировки, он удержал экономику от дальнейшего безудержного падения и губительного роста безработицы.

Среди многих вещей, которых не хватает сейчас в украинском политическом классе, прежде всего, недостает таких политиков, которые могли бы излучать и транслировать в общество уверенность и спокойствие.

Нынешний политикум транслирует озлобление, воинственность, лживость и невежество. Их маленький мир населен страхом, а именно к борьбе со страхом и призывал Рузвельт.

Американские комментаторы говорят, что задача команды Барака Обамы проще, чем задача Рузвельта: спад национальной экономики не имеет столь сокрушительного размаха, как в эпоху Великой Депрессии.

Однако по данным "секретной докладной" Виктора Пинзеника, параметры спада украинской экономики в последние месяцы весьма близки к параметрам Великой Депрессии.

В 1933 году американская экономика "ужалась" на одну треть от докризисного 1929 года; промышленное производство упало на 40%. По графикам Виктора Пинзеника, спад промышленного производства в Украине (ноябрь 2008 к ноябрю 2007 года) составил 28,6%, в некоторых секторах достигнув 40-50% уровня.

Потребление электроэнергии в промышленности в ноябре-декабре 2008 г. упало на 35-38% по сравнению с тем же периодом 2007 года. В сопоставлении с падением на 28,6% учитываемого промышленного производства, это означает, что останавливается не только "белая", но и "теневая" экономика.

Грубая линейная экстраполяция графиков Виктора Пинзеника предполагает полное исчезновение к середине весны - началу лета украинского машиностроения и украинской металлургии, а к концу лета 2009 года - украинской экономики как таковой.

Разумеется, даже если правительство ничего не будет делать, "полного исчезновения" не произойдет, но энергичные, "рузвельтовские" по интенсивности (но не обязательно по направленности), меры правительства могли бы "притормозить" падение экономики на "порогах", более надежных для последующего восстановления.

Как видно из таблиц Виктора Пинзеника, в расходах бюджета смертельной раной зияет неосуществленная в Украине пенсионная реформа - переход к накопительной системе и, прежде всего, увеличение пенсионного возраста.

Без этих шагов (а они весьма медленные, выходящие за рамки времени одного "политического" поколения), 15-ти миллионная армия пенсионеров в Украине тяжелым балластом висит на слабеющей экономике.

В качестве шага, способного уменьшить высасывающий ресурсы бюджета дефицит Пенсионного фонда, можно рекомендовать прекращение выплаты пенсий работающим пенсионерам. Эта мера, в частности, позволит в относительно мягкой, не дискреционной форме определить фактически приемлемый для населения возраст выхода на пенсию.

Здесь автор должен отметить, что ему самому - работающему пенсионеру - такая мера вряд ли бы понравилась. Однако недавно Джордж Сорос, предлагая ужесточение регуляции финансовых рынков, заметил, что выступает за такую регуляцию, даже когда она идет вразрез с его личными интересами.

"Моя честность мне порою вредит!" - восклицает "финансист-филантроп". Вряд ли университетский преподаватель уступит в интеллектуальной честности самоотверженному миллиардеру, или даже Сократу, выпивающему цикуту...

Но такое или иное сжатие расходов - вовсе не кейнсиановский рецепт и не шаг к подъему экономики. Фактически, такой подъем возможен за счет заемных средств, привлекаемых в крупные аграрные и инфраструктурные проекты (освоение неиспользуемых земель, строительство элеваторов, расширение портов).

Джордж Сорос предлагает американскому правительству создать новый источник спроса, стимулируя создание крупной промышленности по очищению экологических загрязнений.

И резон в этом есть: мировую экономику может разогреть или "большая война", как это было при Рузвельте (но ядерное оружие подрывает возможности войны как мотора экономики), или новая "кондратьевская" волна, "смывающая" старые технологии и открывающая дорогу новым.

Все общества имеют почти равные шансы перед лицом такой волны: и Китай, и Украина, и Сомали, - но не все они сумеют воспользоваться этими шансами.

Безусловно, любая нация для выхода из исторических тупиков нуждается в новых политических лицах, способах внушить уверенность и некоторое успокоение. Грызущиеся старые лидеры, выясняющие "Кто виноват?", только фрустрируют нацию и затягивают петлю кризиса.

В мировой истории несколько раз попадается выражение "Большая тройка": это Сталин, Рузвельт и Черчилль эпохи второй мировой войны, это "Дженерал Моторс", "Форд" и "Крайслер" в автомобилестроении.

В Украине сложилась своя "Большая тройка маленьких украинцев" - Виктор Ющенко, Юлия Тимошенко, Виктор Янукович. Уход этой "Большой тройки" с политической арены на ближайших президентских и парламентских выборах психологически необходим для нации в качестве условия выхода из кризиса.

Появление новых лиц, способных генерировать общественную надежду, без которой моторы экономики не заработают - необходимое условие предстоящего политического цикла.

Возможно, Виктор Пинзеник, с его "уймой цифр", мог бы входить в число этих новых лиц. Однако слишком быстро он отказался от своей "секретной записки". Вероятно, в украинском политикуме инстинкт сохранения должности сильнее инстинкта сохранения лица...

Ни одного голоса "Большой Тройке" - вот разумный политический лозунг ближайшего украинского политического двухлетия.

Крупные инфраструктурные проекты на заемные средства - вот украинский экономический генератор следующего десятилетия.

Новые лидеры, генерирующие и излучающие уверенность - единственный приемлемый для мира и страны кредитный залог.

Что еще может предложить миру Украина?

Впрочем, Виктор Пинзеник кое-что в "секретной докладной", несомненно, преувеличил: "Осмелюсь утверждать, что в Украине ситуация - наихудшая в мире", - написал министр финансов.

Но это явно не так: например, в Зимбабве еще хуже. И нам еще не поздно включить печатный станок монетного двора и пойти по зимбабвийскому пути: в начале 1990-х уже ходили и - выжили...

Всматриваясь в украинские политические лица следующего десятилетия - а они должны быть не старше Барака Обамы, говорить по-английски не хуже, чем по-русски (или вообще не говорить по-русски) и понимать складывающиеся контуры нового посткризисного мира - мы должны помнить приведенную притчу о различиях между экономистами и политиками.

А именно: хороший экономист опережает время, и его должны понимать другие экономисты; хороший политик формирует время, и его должны понимать все.

Валерій Темненко, кандидат фізико-математичних наук, доцент кафедри прикладної математики, доцент кафедри менеджменту підприємницької діяльності Таврийського Національного університета імені Вернадського


powered by lun.ua
Підпишіться на наші повідомлення!