Глава ГПЗКУ Саймон Чернявский: Через полтора года компания может стать банкротом

Глава ГПЗКУ Саймон Чернявский: Через полтора года компания может стать банкротом

Вторник, 3 марта 2020, 13:23 -
В конце 2019 года руководителем самого большого государственного зернотрейдера Украины стал Саймон Чернявский. Он рассказал ЭП, как планирует выводить компанию из глубокого кризиса, почему ей вскоре угрожает банкротство и причем здесь Китай.

В декабре 2019 года руководителем самого большого государственного зернотрейдера — Государственной продовольственно-зерновой корпорации Украины — стал Саймон Чернявский.

До назначения ему удалось договориться о реструктуризации долга агрохолдинга "Мрія" на 1,1 млрд долл и найти компании новых собственников из Саудовской Аравии — SALIC UK Ltd. В ГПЗКУ перед Чернявским стоят те же задачи, которые были в "Мрії", — договариваться с кредиторами и искать инвесторов.

Государственную продовольственно-зерновую корпорацию (ГПЗКУ) создало правительство Украины в августе 2010 года. В ее состав входит сеть филиалов — линейные и портовые элеваторы, мельницы, комбикормовые и крупяные заводы.

Суммарно 53 подразделения ГПЗКУ могут хранить 3,75 млн тонн зерна. Суммарные мощности Одесского и Николаевского портов по перевалке зерна на экспорт составляют 2,5 млн тонн в год.

В 2012 году компания договорилась с Экспортно-импортным банком Китая о предоставлении кредита на 1,5 млрд долл, который планировалось использовать на закупки зерна и его экспорта по торговым соглашениям с КНР.

Оператором с китайской стороны по этому контракту, рассчитанному на 15 лет, стала Китайская национальная корпорация машинной индустрии и генеральных подрядов (ССЕС).

— Как вы были назначены на должность главы ГПЗКУ?

— Я проходил собеседование у министра экономики Тимофея Милованова, он меня сюда и пригласил. До этого, кстати, я с ним знаком не был. Я человек из бизнеса и ни с какими политическими силами не связан. Пока я только и. о. главы правления. Еще будет открытый конкурс, мне сложно предсказать его результаты.

ГПЗКУ — это не только про антикризисные мероприятия и эффективность бизнеса, но и про политику. Я в политической среде абсолютно нейтральный, но я открыт к сотрудничеству в интересах ГПЗКУ и понимаю, что без поддержки, в первую очередь, со стороны правительства, результата не достичь.

— До прихода в ГПЗКУ вы занимались реструктуризацией долга агрохолдинга "Мрія" и его продажей инвесторам из Саудовской Аравии. Вы взяли в ГПЗКУ кого-то из предыдущей команды?

— Да, я пригласил около 15 коллег из "Мрії" и HarvEast, с которыми работал ранее. Все они имеют уникальный опыт, давно работают с агробизнесом.

— ГПЗКУ — не "Мрія". Против многих руководителей корпорации возбуждены уголовные дела, было покушение на входе в центральный офис. Фактически ваше назначение — это билет на войну.

— Да, но в декабре, наверное, еще не понимал все до конца. "Мрія" была с такими же вызовами, и тогда в какой-то степени сработал "здоровый авантюризм".

Здесь ситуация аналогичная. Как говорят, глаза боятся, а руки делают. Для меня это профессиональный вызов и возможность применить мой опыт. Если нам удастся изменить подходы в корпорации и привлечь стратегического инвестора, это будет очень позитивный результат для страны. Мне это очень импонирует.

— Что стало основной причиной перехода из частного бизнеса в государственный? В госкомпаниях менеджер не только управляет бизнес-процессами, а еще обычно борется с коррупцией, стоит перед политическими вызовами, должен отчитываться о зарплате.

— Мне всегда интересно делать то, что ни у кого до меня не получилось. Я спрашиваю себя: "Что, слабо? Давай, попробуй, ты сможешь это сделать". У компании есть максимум полтора года на решение проблемы. Ей срочно необходим инвестор. В текущим положении это не абы какой вызов.

— То есть для вас основной KPI — поиск инвестора для корпорации?

— Компания нуждается в больших инвестициях, чтобы реализовать потенциал. Чтобы ГПЗКУ стала инвестпривлекательной, нам необходимо решить проблему китайского кредита. Параллельно — выстроить эффективные и прозрачные бизнес-процессы, чтобы инвесторы могли вкладывать средства без рисков.

Loading...

— Какая ваша зарплата на новой должности?

— Моя зарплата рыночная для топ-менеджера в Украине. Я хочу добиться рыночных зарплат для всех сотрудников. Только так мы сможем привлечь квалифицированных специалистов, требовать от них отдачу и честную работу.

Одна из главных проблем государственных компаний — это теневые схемы. Во многом это следствие огромной разницы в зарплатах в государственном и коммерческом секторах. Чтобы побороть коррупцию, нужно дать сотрудникам возможность зарабатывать честно.

У ГПЗКУ нет нехватки в соискателях даже на минимальную зарплату. При этом на собеседование они приходят с часами за несколько тысяч долларов, а некоторые кандидаты даже готовы "доплачивать" за трудоустройство. Их цели понятны.

В последнее время много разговоров на тему зарплат и премий в ГПЗКУ и повышенный интерес к новой команде, но чаще, к сожалению, — в рамках попыток дискредитировать. Мои аргументы простые: зарплаты в ГПЗКУ должны быть на уровне зарплат в компаниях, сопоставимых с корпорацией по масштабу.

— Как вы оцениваете работу предыдущего главы ГПЗКУ?

— Мое дело не давать оценки, а исправлять ситуацию. Оценивать работу менеджмента может только акционер.

— Каково сейчас финансовое состояние корпорации?

— Если одним словом — плохое. Основной вопрос для ГПЗКУ — это всем известный китайский кредит. Если не начать активно решать эту проблему, то летом 2021 года корпорация может оказаться не в состоянии рассчитываться по займу, что приведет к активации государственной гарантии.

Сопутствующие проблемы — коррупция, низкий уровень корпоративного управления и, как результат, — операционные убытки.

— Планируется ли создание независимого наблюдательного совета для ГПЗКУ? Как он будет формироваться?

— ГПЗКУ входит в перечень компаний, в которых должны быть сформированы независимые наблюдательные советы. Мы работаем над этим совместно с Минэкономики. Набсовет нужен для внешней экспертизы и независимой оценки решений правления, обеспечения безопасности и прозрачности бизнеса.

Наличие независимого наблюдательного совета позволит выбирать оптимальные для компании решения, независимо от того, будут они популярными или нет, и внедрять их без политического давления. В текущей ситуации, когда компании требуется полная трансформация, это особенно необходимый орган.

Согласно уставу ГПЗКУ, набсовет будет состоять из семи членов, три из которых — представители государства. Обязательно нужна отраслевая экспертиза — трейдинг и зерновая логистика. Также нужны финансы и комплаенс, экспертиза в инвестициях. Все члены набсовета отбираются на конкурсной основе.

— Вы уже провели аудит ГПЗКУ?

— Финансовый аудит проводим с Baker Tilly. Провели тендер, запускаем юридический аудит. Аудиторская компания SGS проводит оценку остатков зерна.

По результатам внутреннего аудита выявлены потенциальные потери на сумму более 2 млрд грн и риски потерь на 4 млрд грн, связанные с судебными тяжбами, потенциальным невозвратом НДС и проблемной дебиторской задолженностью.

— Как нарисовались такие цифры?

— Выявленные финансовые потери образовались в результате неэффективных трейдинговых операций и закупки зерна по нерыночным ценам. Отдельная проблема — "кабальные" договора, абсолютно невыгодные для ГПЗКУ.

Хочу подчеркнуть, что я не пришел в корпорацию для поиска виновных. Моя задача — выстроить систему таким образом, чтобы не допустить потерь в будущем, обеспечить безопасность и прозрачность всех процессов в компании.

Для этого мы усилили контроль над основными процессами, такими как аккредитация контрагентов, чтобы не допускать к работе с корпорацией "налоговые ямы" и другие теневые схемы. Мы максимально вовлекаем профильные службы в оценку рисков и принятие решений.

Только за счет проведения прозрачного тендера на железнодорожные перевозки мы уже экономим до 130 млн грн на транспортировке текущих остатков зерна. Еще около 100 млн грн — за счет остановки выплат по договорам страхования, заключенным по ценам, значительно превышающим рыночные.

— Выполняет ли ГПЗКУ условия контракта с китайской стороной?

— Что касается обслуживания кредита — да, в полном объеме, коммерческая часть — спорный вопрос. В 2015 году к этому контракту было подписано приложение №3, которое не логично и наносит ущерб интересам корпорации.

Согласно этому дополнительному соглашению, на каждую тонну зерновых, экспортированную ГПЗКУ не только в Китай, а и в любую другую страну, корпорация обязана выплатить китайской стороне 5 долл комиссии. Это сверх выплат процентов по кредиту и платы за его обслуживание.

Китайская сторона считает, что ГПЗКУ не выполняет этот пункт, и обратилась в GAFTA. К сожалению, корпорация заняла пассивную позицию в судебном споре и уже проиграла первое решение на 4 млн долл. Сейчас мы усиливаем юридическую позицию ГПЗКУ в данном вопросе и будем стараться найти конструктивное решение путем переговоров с китайской стороной.

Сейчас сумма претензий китайской компании ССЕС — около 82 млн долл, но если добавить туда 2018 год и 2019 год, которые еще не входят в указанную сумму, то потенциальная сумма иска может составить до 126 млн долл.

 

— Какова сумма долга по кредиту и какие есть варианты его погашения?

— Остаток долга по кредиту — свыше миллиарда долларов. На счетах корпорации осталось менее 387 млн долл из полученных 1,5 млрд долл кредитных средств. Этих денег хватит для продолжения регулярных выплат по кредитному договору только до июля 2021 года.

Бездействие в решении этой проблемы может привести к активации государственной гарантии и стоить Украине более 900 млн долл бюджетных денег. Это без учета возможных штрафов и судебных издержек.

О сложившейся критической ситуации в ГПЗКУ мы еще в начале февраля 2020 года сообщили Минэкономики и членам аграрного комитета Верховной Рады, представили возможные пути и механизмы вывода корпорации из кризиса, основной из которых — реструктуризация долга.

— То есть корпорация выплатила проценты по кредиту и осталось выплатить тело кредита?

— До 2018 года ГПЗКУ выплачивала только проценты, а с 2018 года начала гасить платежи по телу кредита. Уже выплачено 375 млн долл из 1,5 млрд долл долга и 583 млн долл процентов.

— Вы сказали, что в компании есть деньги для существования до июля 2021 года. То есть через полтора года компания станет банкротом?

— Фактически да. Я надеюсь, что до этого не дойдет. Мы работаем и с Минфином, и с нашим акционером (Минэкономики. — ЕП) над тем, чтобы понимать, как видит выход из ситуации китайская сторона.

Мы также изучаем, какие есть опции для реструктуризации кредита, и есть ли необходимость привлекать вторую, товарную, часть кредита на 1,5 млрд долл.

— Вам уже удалось пообщаться с китайскими партнерами?

— Из-за карантина в связи с коронавирусом все усложняется. Пока общаемся в формате писем, но личная встреча планируется.

— Ситуация с коронавирусом отражается на работе корпорации?

— Я не эксперт в этом вопросе, поэтому могу только повторить то, что говорят наши трейдеры. Цена на зерно падает, спроса нет, никто не понимает, куда идет рынок, а через два месяца уже выйдет Латинская Америка с урожаем кукурузы.

Все остатки у фермеров, если они еще не законтрактованы, — под риском. Не будет цены — не будет спроса, или будет спрос по бросовой цене.

— Неоднократно поднимался вопрос приватизации ГПЗКУ через открытый конкурс или передачи компании китайским партнерам. Какое ваше видение? Есть ли у китайцев "право первой ночи" в этом вопросе?

— Однозначно, приход в ГПЗКУ инвестора, который будет вкладывать в развитие бизнеса, был бы позитивным и для корпорации, и для Украины. Однако до решения вопроса с кредитом это маловероятно.

Корпорация — один из крупнейших экспортеров зерна. В 2019 году через свои портовые терминалы мы перевалили 2,5 млн тонн зерновых. Но трейдинг — не государственный бизнес, он не имеет стратегического значения для страны.

Мы должны найти стратегического инвестора, который зайдет в инфраструктуру на 10-20 и более лет и будет вкладывать в ее модернизацию и развитие.

— В каком состоянии активы компании?

— Активы остро нуждаются в модернизации. В корпорацию инвестировалось очень мало: 209 млн грн за последние три года.

Для примера: из 227 весовых комплексов в рабочем состоянии 146, из них автоматизирован и подключен к 1С только 31. Из 47 элеваторов только 23 работают на газе, остальные — на дизельном или печном топливе, что негативно сказывается на себестоимости. Только шесть из 47 элеваторов — маршрутные, что "бьет" по себестоимости. К сожалению, это далеко не полный список проблем.

— Компания будет проводить форвардную программу под новый урожай?

— Да, мы уже принимаем заявки и проверяем потенциальных поставщиков. Одна из первых наших реформ — система аккредитации контрагентов. Мы хотим начинать больше работать напрямую с сельхозпроизводителями.

— Сейчас много посредников в закупках зерна?

— Да, до 70%. Мы хотим снизить эту цифру. Пока не возьмусь сказать насколько, это сложно предугадать, но мы точно будем работать по стандартам международных трейдеров в части проверки контрагентов.

Мы ожидаем, что много контрагентов не захотят с нами работать по новым правилам, и мы окажемся в жесткой конкуренции с большими игроками.

Соответственно, будет какой-то негативный эффект с точки зрения объемов бизнеса. Но если смотреть на доход с тонны, то у нас будет плюс, то есть наш акционер увидит эффективность той работы, которую мы делаем.

 

— Иными словами, много мелких фермеров не смогут стать контрагентами, потому что они работают за "кеш". Им проще договариваться с посредниками, которые покупают зерно сразу из-под комбайна.

— ГПЗКУ исторически была одним из крупнейших закупщиков зерна, которое шло мимо налоговых касс. Если спрос станет меньшим, то фермерам придется легализоваться. Я не скажу, что это произойдет быстро, но, я думаю, от того, что ГПЗКУ больше в этих схемах не задействовано, резонанс и эффект точно будут.

— По подсчетам издания, в 2012-2014 годах из ГПЗКУ было выведено около 200 млн долл. Кто-то ответил за это?

— Если проанализировать расходование кредита, действительно образуется "дыра" в размере 280 млн долл. Из них 115 млн долл — это десять судов, отправленных на экспорт, оплата за которые никогда не была получена. Расследованием этого вопроса занимается НАБУ.

Еще около 165 млн долл — аккумулированные потери, понесенные в результате неэффективной работы бизнеса, которые покрывались за счет кредитных средств.

— Сколько дел открыто правоохранительными органами по корпорации?

— Около 150.


powered by lun.ua
Подпишитесь на наши уведомления!