Що не так з українською версією "викривачів корупції"?

Що не так з українською версією "викривачів корупції"?

Недосконалість нового закону про викривачів корупції створює для українських правоохоронців додаткові приводи "кошмарити" бізнес. (рос)
Вівторок, 10 грудня 2019, 09:05
радник юридичної фірми "Астерс"

Иногда украинский законодатель, пытаясь улучшить законы в одной из приоритетных сфер, забывает учесть, что такими законами нарушает интересы в другой сфере, не менее для государства важной.

К сожалению, часто "на втором месте" оказывается бизнес – и украинский, который, как считается, нужно поддерживать, и иностранный, который нужно привлекать.

Законы в "турборежиме" от нового парламента не стали исключением. На этот раз одним из приоритетов стала борьба с коррупцией, а ее важность для Украины сложно переоценить.

Результат с 1 января 2020 года в Украине будет действовать так называемый закон "об обличителях коррупции".

Закон вызвал настоящие баталии между депутатами и в целом шквал критики, в основном при сравнении нашего закона с подобными ему заграницей.

Личность обличителя

В парламенте были разные предложения касательно статуса обличителя. Изначальный вариант определить его просто как сообщившего о коррупции человека пытались изменить на его статус как сотрудника соответствующего органа/компании.  

И это не странно – часто за границей обличителями считаются те люди, хоть каким-то образом связаны с компанией, о нарушениях в которой они сообщают.

К примеру, в Англии обличителями могут быть сотрудники или бывшие сотрудники, если информацию о нарушении они получили в ходе своей деятельности в компании, о нарушении в которой они сообщают.

Похожие требования и во Франции: защиту для обличителей там будут получать лица, работающие на соответствующем предприятии.

Такой статус с большой вероятностью гарантирует качество информации, предоставленной обличителем, и отсутствие злоупотреблений от людей "со стороны", просто желающих зла компании.

Возвращаясь к Украине, видим, что для закона в результате был выбран "промежуточный" между несколькими предложениями вариант. 

В Украине обличитель человек, сообщивший о коррупции, совершенной другим человеком. К нему есть также несколько требований:

1) наличие у обличителя убеждения, что информация является достоверной;

2) информация должна стать известна человеку в связи с трудовой, профессиональной, хозяйственной, общественной, научной деятельностью, прохождением службы или учебы.

Первое требование выглядит оценочным, а второе хоть и устанавливает определенные границы, но делает их настолько широкими, что на практике вероятность их стирания очень высока.

Loading...
К примеру, формальное членство в какой-либо общественной организации по борьбе с коррупцией (а таких в Украине достаточно) вполне может стать "общественной деятельностью".

А при отсутствии требования раскрыть источник сообщаемой информации таким статусом можно будет свободно манипулировать.

Также вопрос о том, как проверить такие критерии при сохранении анонимности обличителем, по всей видимости, так и останется открытым.

Стоит отметить, что в апреле этого года Европарламент принял директиву о защите обличителей. Согласно директиве, обличителями будут считаться сотрудники компаний, или же их соискатели, но только в тех случаях, если информацию о нарушении они получили в процессе получения должности.

К 2021 году страны-члены ЕС будут обязаны имплементировать стандарты, предусмотренные директивой, в свое внутреннее законодательство.

С учетом этого, украинские нормы будут сильно "выпадать" из общей европейской картины.

Анонимность & ответственность обличителей

Этот пункт вызвал наибольшее количество критики и разногласий. По украинскому закону сообщение о коррупции можно сделать анонимно.

Требования к такому сообщению невысокие – необходимо, чтобы оно касалось конкретного человека и содержало фактические данные, которые можно проверить.

Любое такое сообщение органы смогут использовать для открытия уголовного дела, где легко можно будет проводить обыски, выемки документов и допросы руководства компаний – попросту неплохой повод "кошмарить".

Если же окажется, что данные обличителя заведомо неправдивые (а это – преступление), привлечь его к ответственности будет невозможно – закон позволяет анониму сделать сообщение и исчезнуть бесследно.

Единственный случай, когда закон предусматривает раскрытие личности анонима – при его желании получить 10-ти процентное вознаграждение за сообщение.

Тогда в ходе рассмотрения вопроса о выплате денег можно сохранять анонимность, представляя свои интересы через адвоката, но при решении вопроса о их выплате личность необходимо будет раскрыть.

В целом эти нормы довольно точно повторяют американский подход к обличителям.

Однако при имплементации прогрессивных американских стандартов наш законодатель упустил несколько важных моментов – кроме общих положений закона в США существует целая процедура сообщения о правонарушении, которая устраняет риски недобросовестности.

Любой обличитель (в том числе сохраняющий анонимность) должен заполнить форму, состоящую из шести страниц вопросов, в том числе об источнике информации и материалах, подтверждающих заявление.

Аноним должен раскрыть личность своему адвокату, а адвокат при подаче заявления подтвердить, что проверил личность обличителя.

И самое главное – при наличии у органов наименьшего подозрения, что сообщение могло быть заведомо неправдивым, личность обличителя сразу же раскрывается (через получение той самой 6-ти страничной формы с личными данными анонима).

Такая анонимность вполне может иметь место: с обязательством подтвердить свои подозрения и ответственностью за клевету.

Без таких детальных требований возможность анонимного сообщения действительно может превратиться в советские "доносы".

Возможно поэтому в большинстве стран Европы от "анонимного похода" отказались – и даже новая директива ЕС не обязывает стран-членов имплементировать возможности для анонимных обличителей, хоть и не запрещает.

Вывод: предоставление возможности обличителям коррупции действовать анонимно требует очень продуманного подхода и баланса интересов как обличителей, так и тех, чьи интересы из-за такого сообщения могут быть нарушены. В Украине этот баланс отсутствует.

Доказательства

Дополнительно к тому, что в Украине обличитель сможет сохранить анонимность и никак не участвовать в расследовании возможного преступления, закон еще больше усугубляет ситуацию, давая и не анонимным обличителям право отказаться от дачи показаний.

Такая конструкция противоречит самой сути обличителя – главного источника информации о коррупции, и значительно усложняет расследование дела, лишая его возможного главного свидетеля.

Странность подхода видна при сравнении с другими юрисдикциям – к примеру, согласно директиве ЕС правоохранительные органы смогут требовать от обличителей объяснения предоставленной информации, либо же дополнительных сведений.

В США, в свою очередь, значительный объём информации требуется при подаче заявления, а важность предоставленных обличителем данных и степень содействия расследованию становятся ключевыми факторами для определения вознаграждения обличителю.

Таким образом, в Украине органы, не имея возможности даже допросить обличителя, будут вынуждены собирать данные самостоятельно, что снова ведет к большому количеству следственных действий.

Вознаграждение

Самая ожидаемая и обсуждаемая норма в законе – о вознаграждении для обличителя.

Украинские обличители смогут получить 10% от предмета преступления или же убытка от него государству, если размер такого предмета или ущерб от него составляет 10,5 млн грн и больше, но сумма не сможет превысить 12,5 млн грн (все суммы указаны по состоянию на декабрь 2019 года).

Стоит отметить, что вознаграждение для обличителя – не повсеместное явление. К примеру, Франция и Англия не вознаграждают обличителей, и новая европейская директива также не предусматривает такую процедуру.

Скорее всего, в этом аспекте украинский законодатель вдохновился американским опытом – там обличителей вознаграждают от 10 до 30% от штрафа, если он превысит 1 млн долларов.

Но здесь, как и в случае с анонимностью, был упущен один очень важный аспект. По нашему закону вознаграждение должно быть выплачено после обвинительного приговора без привязки к возмещению денег государству.

Таким образом, даже если госбюджет не получил сумму штрафа, миллионные выплаты обличителю будут осуществляться из денег страны.

В США выплата обличителю прямо зависит от успешного исполнения решения (то есть, получение государством суммы штрафа). К сожалению, эта деталь осталась без внимания законодателя.

В результате, с учетом возможности не давать никаких показаний, не нести ответственности за клевету и получать вознаграждение, новый закон вполне может стать успешным "бизнесом" для обличителей, и к искоренению настоящей коррупции он не будет иметь никакого отношения.

Возможна ли качественная защита обличителя?

Набор гарантий по защите в нашем законе довольно стандартный и похож на аналогичные за границей.

Среди них: гарантии конфиденциальности, иммунитет к искам, связанным с ущербом, причиненным сообщением, невозможность увольнения или другого нарушения трудовых прав обличителя, правовая помощь.

Стоит отметить, что в Украине защита покрывает не только самого обличителя, а и членов его семьи.

Однако намного более качественной кажется система в директиве ЕС, ведь там защита будет распространяться также:

– на тех, кто связан с обличителем и чьи права могут быть нарушены (к примеру, его коллег);

– на компании, связанные с обличителем.

Но наиболее важной является защита обличителя, когда речь идет о более серьезных угрозах (жизни, здоровью, имуществу), а именно этого будут бояться обличители в важных коррупционных кейсах.

Здесь закон просто делает отсылку к общей процедуре защите лиц, участвующих в уголовных делах, и вот почему это плохо:

– такая процедура защиты в Украине не работает эффективно;

– процедура рассчитана на лиц, которые имеют процессуальный статус в уголовном деле, а он будет не у всех обличителей;

– отсутствуют четкие правила применения такой процедуры к обличителям;

– возможность применения процедуры к лицам, сообщающим об административном коррупционном правонарушении, очень сомнительна.

В целом у такой защиты есть шансы работать только на базовом уровне, при наличии реальной угрозы обличителю государство вряд ли сможет обеспечить его безопасность.

В конце стоит сказать, что качественная защита обличителей – признак развитых стран.

Поощрять такие меры в Украине нужно, и не только в сфере коррупции – в других странах такая защита распространяется на обличителей, сообщивших о множестве разных преступлений, и коррупционные – только их часть.

Однако, перед этим украинский подход нужно существенно изменить, иначе высока вероятность, что в попытках следовать международным трендам внедрения правил про whistleblower-ов, мы окажемся в советском прошлом с доносчиками.

Соавтор Ирина Боркивець, младший юрист юридической фирмы "Астерс"

 

Колонка є видом матеріалу, який відображає винятково точку зору автора. Вона не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, про яку йдеться. Точка зору редакції «Економічної правди» та «Української правди» може не збігатися з точкою зору автора. Редакція не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія.

powered by lun.ua
Підпишіться на наші повідомлення!