Что происходит вокруг "Укртрансгаза". Матрица "шахматки"

Что происходит вокруг "Укртрансгаза". Матрица "шахматки"

Конфликт вокруг "Укртрансгаза" — это не конфликт будущего реформ в газовой сфере. Это конфликт между двумя определенными силами за влияние и свою "территорию" в газовом секторе.
Понедельник, 19 сентября 2016, 08:50
Михаил Бно-Айриян, экс-глава департамента стратегического планирования и европейской интеграции Министерства энергетики и угольной промышленности

Так уж вышло, что во время моей предыдущей работы я очень глубоко погрузился в вопрос реформирования НАК "Нафтогаз Украины".

Поэтому в эти дни я преимущественно общаюсь с журналистами.

Причина всем известна — это последнее решение Минэкономразвития, которое забирает у "Нафтогаза" все функции по управлению "Укртрансгазом" и ГТС.

Пришлось проанализировать ситуацию, почитать документы и попытаться разобраться. Ниже я вкратце постараюсь спокойно прокомментировать все то, что вижу.

Скажу сразу: я вне системы и, естественно, представляю свою точку зрения.

Я не хочу никому оппонировать, просто хочу, чтобы в том, что происходит, было куда меньше эмоций, а больше хладнокровных выводов и аналитики.

Я слишком часто оппонировал НАК (публичо и непублично) в вопросе видения будущего компании, поэтому знаю точно: если "Нафтогаз" так быстро и настолько динамично развернул целую медиа-кампанию против решения МЭРТ, если в этот процесс уже было включено столько стейкхолдеров, и если имела место такая молниеносная реакция доноров в нерабочую для них субботу, значит, это вопрос "жизни и смерти" для Андрея Коболева и его команды и четкая угроза их собственным стратегическим интересам.

То, что я вижу и слышу, — это явно нагнетание ситуации и паники в информационном поле, явно искусственно организованное.

Для меня этот конфликт — это не конфликт будущего реформ в газовой сфере. Это конфликт между двумя определенными силами за влияние и свою "территорию" в газовом секторе. Но обо всем по порядку.

Во-первых, о решении Минэкономразвития. Естественно, оно весьма странное, явно неожиданное и идущее, в принципе, вразрез с теми планами реформирования компании, которые согласовались и обсуждались в правительстве.

В первую очередь, я имею в виду План реструктуризации компании, принятый Кабмином 1 июля 2016 года. Такие вещи явно появляются неспроста, и отсутствие внятной позиции МЭРТ подтверждает этот тезис.

Это решение, безусловно, несет репутационные риски для руководства ведомства и, возможно, для правительства. Но также надо сказать, что необходимо увидеть приказ полностью — не выжимки, не цитаты, а сам документ.

Во-вторых, хорошо бы услышать позицию самого министерства и его ключевые мотивы.

Имело ли право министерство издать такой приказ? Имело. Судя по полномочиям, заложенным в уставе компании, который утвердил Кабмин и выписали юристы самой НАК.

Должно ли было министерство уведомить правление НАК? По уставу — нет. Там нет такой прямой нормы. Хотя, наверное, по-человечески, по-деловому правление должно было быть в курсе происходящего.

Но так делают в западном мире. У нас же по-человечески и по-деловому, как правило, никто не поступает, и само правление НАК, кстати, тоже не исключение.

На самом деле, с руководством НАК поступили ровно так же, как и оно порою поступало с другими стейкхолдерами, согласовывая стратегически важные вопросы напрямую с премьером, через голову своего главного акционера.

В отрасли давно налицо кризис обоюдного доверия всех ко всем, порожденный двойными стандартами. И вина этому также в какой-то мере лежит и на нынешнем руководстве компании.

Нарушают ли внесенные изменения в устав нормы Третьего энергопакета? Скорее да, чем нет.

Как минимум, полученная конфигурация взаимовлияний в НАК не соответствует европейскому законодательству. Но и нынешняя форма НАК, которая останется таковой до решения в Стокгольмском арбитраже, также полностью противоречит Третьему энергопакету, его главной сути. Она очень проста: снизить влияние владельцев газового ресурса на доступ к системе транспортировки газа.

То есть чем меньше компания, которая добывает и продает газ, влияет на управление трубопроводами, по которым этот газ транспортируется потребителю, тем лучше для рынка и конкуренции в целом.

Достигается ли это решением Минэкономразвития? Отчасти, да. Как минимум влияние правления через назначение набсовета и правления "Уктрансгаза" явно будет снижено. И для рынка, не буду кривить душой, в целом это плюс. Поэтому де-факто решение МЭРТ больше тяготеет к духу анбандлинга, чем нынешний status quo.

Я уже писал раньше, что тем самым решением правительства о плане реструктуризации НАК фактически замораживалась нынешняя структура компании, которая абсолютно противоречит европейскому законодательству, до решения арбитражного дела в Стокгольме.

Эта структура искривляет конкуренцию на рынке газа. Решение МЭРТ несколько смягчает такую ситуацию, хотя, конечно, не меняет ее в корне.

Означает ли решение МЭРТ, что теперь оно будет управлять "Уктрансгазом"?

Конечно же, влияние на назначение правления и набсовета в украинских реалиях во многом предопределяет орбиту вращения компании на долгие годы. Не совсем понятна для меня и формулировка "решение вопросов управления оператором ГТС", которая весьма размыта и может создавать почву для злоупотреблений со стороны Минэкономразвития.

С другой стороны, "Нафтогаз" остается единоличным владельцем "Уктрансгаза", и за ним сохраняется целый ряд функций. Вы в этом можете убедиться сами — достаточно прочитать новый устав, а именно п.11.17-11.18.

Можно ли утверждать, что "Уктрансгаз" выведен из-под НАК? "Нафтогаз" как был, так и остается единоличным владельцем компании со всеми вытекающими последствиями и обязательствами.

Теперь относительно реформы корпоративного управления в "Укртрансгазе".

Наверное, в том виде, в котором она задумывалась ЕББР и НАК, она не будет проведена в "Укртрансгазе" в ближайшее время. И План реструктуризации НАК, утвержденный КМУ 1 июля 2016 года, в этой части также не выполняется.

С другой стороны, новым уставом предусмотрено создание в компании Наблюдательного совета, который будет состоять из независимых членов по подобию того, что есть сегодня в НАК.

Плохо это или хорошо? Как минимум, лучше того, что было раньше, и процесс назначения будет не такой однозначно закрытый и ангажированный.

Еще один тезис НАК — кризис дефолта компании из-за того, что изменения в устав не были согласованы с кредиторами (ЕБРР, Мировым банком). Возможно, это и так. Во всяком случае, необходимо смотреть на кредитные соглашения.

Если это действительно так, то это, пожалуй, ключевая ошибка МЭРТ, когда оно издавало приказ. Хотя, как правило, изменения в устав компании, если они не тянут за собой изменения акционеров компании, не согласовываются с кредиторами.

Даже если там есть такие формулировки, является ли это реальным основанием для требования кредиторов вернуть деньги незамедлительно? Думаю, нет. Формальным — да, но не реальным.

Кредиторы вряд ли на это пойдут, потому что это противоречит сути и философии закладывания подобной нормы в такие соглашения. Как правило, контракты содержат такие формулировки, чтобы обезопасить кредиторов от риска, что какие-либо изменения в устав повлекут за собой несостоятельность компании возвращать кредит.

В решении МЭРТ я, честно сказать, не вижу таких рисков. Как и раньше, НАК будет определять будущее чистой прибыли "Укртрансгаза", финансовые потоки не изменяются. Во всяком случае, я пока не видел аргументов, которые могли бы меня убедить в обратном.

Ну и последний аргумент — Стокгольмский арбитраж. Мой опыт общения с "Нафтогазом" последние полтора года показывает, что этот довод используется руководством НАК достаточно часто, когда другие аргументы, как правило, перестают работать.

Так было, например, во время наших публичных и непубличных дебатов по поводу выбора модели анбандлинга, когда команда НАК в самый последний момент выложила этот аргумент на стол.

Тогда мы учли опасения юристов компании, и на то были некоторые основания. В данном случае я больше чем уверен, что это лишь инструмент для нагнетания паники. Изменение устава не влияет на финансовую позицию НАК, как бы не пыталось руководство компании убедить нас в обратном.

Мы действительно можем проиграть в Стокгольме, такой риск существует, но не из-за того, что Коболев больше не будет назначать главу правления "Укртрансгаза".

Подведу итог. То, что происходит, — однозначно нехорошая тенденция. Это, конечно же, не катастрофа. Проблема в другом — в абсолютном недоверии всех участников конфликта к друг другу.

По большому счету, если совсем уж начистоту, проблема здесь системная.

Коболев и его команда пытаются всеми силами показать, что без их ведома подобные решения в компании, которой они руководят, приниматься не могут. То есть наемные менеджеры компании говорят ее единоличному владельцу, чтобы тот согласовывал все свои действия с ними. В любой нормальной стране это, мягко говоря, незаурядная ситуация.

И это то, о чем, в том числе, и я пытаюсь говорить уже долгое время: нынешняя команда менджеров НАК пытается быть полисимейкером в силу разных причин. Потому что они активнее, в чем-то смышленее, где-то более амбициозны. Но это и создает огромный дисбаланс в системе, делает ее абсолютно недееспособной в том виде, в котором она существует.

Однажды во время дискуссии с Андреем Коболевым на его тезис по поводу того, что наконец НАК вышел из-под влияния, по его мнению, ангажированного Минэнерго, перейдя под управления МЭРТ, я спросил, что будет, когда "любовь" между ними закончится?

Похоже, любовь закончилась, да и не может быть любви между собственником и наемным менеджером. Это противоречит духу природы.

В принципе, этот конфликт — это не конфликт по поводу того, будут идти реформы в газовом секторе или нет. Конфликт в другом. Или Коболев будет иметь свою "шахматку" (он очень любит это выражение) и будет расставлять на ней свои фигурки, или он будет сам чьей-то терракотовой фигуркой в чужой "шахматке".

* * *

Колонка є видом матеріалу, який відображає винятково точку зору автора. Вона не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, про яку йдеться.

Точка зору редакції "Економічної правди" та "Української правди" може не збігатися з точкою зору автора. Редакція не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія.

Колонка є видом матеріалу, який відображає винятково точку зору автора. Вона не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, про яку йдеться. Точка зору редакції «Економічної правди» та «Української правди» може не збігатися з точкою зору автора. Редакція не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія.

powered by lun.ua
Подпишитесь на наши уведомления!