Steve Blank: Золотий вік Кремнієвої долини вже скінчився

Steve Blank: Золотий вік Кремнієвої долини вже скінчився

Понеділок, 21 травня 2012, 09:38 -
Фото blog.steveblank.fi
Якби у мене був вибір інвестувати в революційні ліки для боротьби з раком, з яких я не зможу отримувати прибуток протягом 10 років в кращому випадку, або ж у соціальну мережу, яка виросте за два роки, як ви думаєте, що б я обрав? (рос.)

IPO компании Facebook оказалось более чем скромным. Чтобы понять, что произошло в ходе этого первичного размещения акций, The Atlantic связались со Стивом Блэнком (Steve Blank), профессором Беркли и Стэнфорда и серийным предпринимателем Кремниевой долины. Текст приводится в сокращенном и отредактированном виде.

Дерек Томпсон: Что для Кремниевой долины значит IPO компании Facebook?

Стив Блэнк: Я считаю, что это начало конца той Кремниевой долины, которую мы знаем. Исторически сложилось, что Кремниевая долина инвестировала в науку, развитие технологий и, как вам известно, в сам кремний. Если вы владели хорошим венчурным предприятием, вы могли заработать 100 миллионов долларов. Теперь же возникла новая модель, которая основывается на двух главных тенденциях. Во-первых, впервые за все время миллиарды людей получили в личное пользование компьютеры, мобильные средства связи и особенно планшетники. Во-вторых, сейчас происходит перемещение всех общественных нужд, с которыми прежде нам приходилось иметь дело лицом к лицу, и теперь мы решаем все эти вопросы на компьютере.

Эта вторая тенденция возникла совсем недавно. Если вам кажется, что Facebook – это предел, обратите внимание на MySpace. Искусство, развлечения, все, что только можно вообразить в реальной жизни, перемещается на компьютеры. Впервые за всю история такие компании, как Facebook, могут заставить общий рынок охватить все население планеты.

- На самом деле, это очень выгодно для Facebook.

- Это принесет Facebook колоссальную прибыль. Но Кремниевая долина, как вам известно, переживает упадок.

Если бы у меня был выбор инвестировать в революционное лекарство для борьбы с раком, с которого я не смогу получать прибыль в течение 10 лет в лучшем случае, или же в социальную сеть, которая вырастет за два года, как вы думаете, что бы я выбрал?

Если у вас венчурная компания, вы не станете рассматривать возможность инвестиций в медико-биологические науки. Это все очень сложно и доходов приходится ждать вечно. А теперь взгляните на социальные сети. В них нет ничего сложного вследствие действия двух сил, о которых я говорил выше, и вам не приходится долго ждать отдачу.

Фото usatoday

- Половина технического и инновационного сообщества, очевидно, считает, что это всего лишь доказательство того, что мы находимся на стадии ремикса интернет-компаний. Вы не согласны?

- В течение последнего экономического бума венчурные компании впадали в бешенство, если видели у чего-то глаза и уши. Я не считаю то, что происходит сейчас, мыльным пузырем. Я думаю, расчеты немного раздуты, но социальные сети реальны.

- Facebook действительно стоит $100 млрд?

- К концу не было покупателей. Facebook зарабатывает 4 доллара с каждого пользователя. Пользователи являются покупателями. Они приносят реальную прибыль. Никто не утверждает, что Facebook не может зарабатывать деньги. Все спорят о том, насколько более прибыльными могут стать сотни миллионов пользователей Facebook и насколько быстро они принесут эту прибыль. А это уже проблема исполнения.

- Но вы полагаете, что Кремниевая долина все равно переживает свой закат, независимо от того, будет ли Facebook стоить $100 млрд или нет. Почему?

- Я преподаю физику и инженерное дело. Я вижу, как мои студенты пытаются извлечь коммерческую выгоду из очень сложного материала. Но венчурные кампании заинтересуются только тем, что позволит отслеживать миллиарды долларов на их смартфонах. Слава богу, что у нас есть гранты на научно-исследовательскую работу, предоставляемые федеральным правительством небольшим предприятиям, в противном случае китайцы быстро бы ими завладели.

- Но есть люди, которые занимаются очень интересными и смелыми проектами, такие как Винод Хосла (Vinod Khosla).

- Это так. Но задумайтесь над этим. Четыре самых интересных проекта за последние пять лет - это Tesla, SpaceX, Google Driving и Google Goggles. Всего лишь один человек, Элон Маск (Elon Musk), и одна компания, Google, создали эти четыре проекта, и все они оказались по-настоящему разрушительными для Кремниевой долины.

Стив Блэнк. Фото O'Reilly Conferences

- Свидетельствует ли это о крупномасштабных потерях среди венчурных компаний в Кремниевой долине?

- Здесь речь идет не о том, что кто-то занимается дурными делами. Прав оказался Вилли Саттон (Willie Sutton), сказав, что социальные сети – это место, "где есть деньги".

- Как можно решить эту проблему?

- Я не знаю, как ее можно решить. Давайте благодарить бога за гранты федерального правительства, национальные институты здравоохранения, за Musk и Google.

- Таким образом, американские инновации обречены, или все сложнее, чем кажется на первый взгляд?

- Для меня здесь самое главное то, что успех Facebook непреднамеренно спровоцировал упадок Кремниевой долины, как места, где инвесторы делают крупные ставки на новейшие технологии, которые помогают миру развиваться. Золотой век Кремниевой долины уже закончился, и сейчас мы танцуем на ее могиле. С другой стороны, Facebook – отличная компания. В общем, я испытываю смешанные чувства.

Оригинал публикации: 'The Golden Age of Silicon Valley Is Over, and We're Dancing on its Grave'

Переклад російською ІноЗМІ


powered by lun.ua
Підпишіться на наші повідомлення!